Неуловимая коллекция Гусев Валерий

– Прокололись, – вздохнул Алешка. И тут же вскинулся: – А вот и нет! Вон он, конь на крыше!

Сколько я ни вглядывался, никакого коня на крыше не нашел. Только в глазах зарябило от падающего снега.

– Выше смотри, – подсказал Алешка. – На трубу!

Я присмотрелся. И точно: есть конь на крыше. На трубе был такой фигурный железный колпак в виде шахматного коня. Сидел он немного криво, кренясь набок. Потому, наверное, и сказал невидимый Ваня на кассете: «Конь на крыше загнулся».

Ну вот, полдела сделано. Теперь остаются самые пустяки, зачистка, как говорит папа. Забраться в дом, проверить, есть ли там часы с боем, и выведать у Карабаса, где хранится коллекция, а потом клюшкой его по башке – и в милицию. И мы с сознанием выполненного долга пошли домой пить чай с вареньем, весело поскрипывая по свежему снегу.

Навстречу нам шел рыболов с реки. Когда мы поравнялись, он поднял воротник тулупа и отвернулся. Видно, стыдно было за свой улов.

По дороге мы с Лешкой обсуждали, что уже сделано, и соображали, как сделать остальное. Вспомнив еще раз содержание кассеты, я предложил очень хороший план.

– А это законно? – спросил Алешка. – Мы не ущемим права человека?

Законник! Правозащитник! Пассажиров обманывать и деньги у них вымогать – можно. Банк временно ограбить – тем более. А бандита справедливости ради припугнуть – это нельзя, да? Тоже мне – права человека! Да какой он человек? Он Карабас, в натуре! Террорист, типа.

Все это я высказал Алешке на повышенных тонах. И он согласился.

Наконец мы подошли к бабушкиной калитке, на которой висела грозная табличка: «Зубной врач. Круглосуточно. Бесплатно», – и поднялись на крыльцо. Смахивая веником снег с сапог, я почему-то оглянулся и увидел, что на той стороне улицы идет человек в тулупе с поднятым воротником, в больших валенках, с рыбацким сундучком и пешней за спиной.

Опять все тот же рыболов!

После ужина мы позвонили домой, рассказали маме, как провели день, сказали, что бабушка очень нам рада и просит, чтобы мы погостили у нее подольше, тогда она приведет в порядок все наши зубы.

Мама ответила, что мы молодцы, что нужно слушаться бабушку, и передала привет от папы, который уехал с друзьями на рыбалку.

Бабушка постелила нам на старом, с гудящими пружинами диване и ушла спать, а мы стали топить печку. Принесли из сарая побольше березовых поленьев – они были сухие, твердые и звонкие, – набили полную топку, разожгли огонь и долго сидели у печи, глядя, как вокруг дверцы танцует жаркое пламя.

Разговаривали мы шепотом, под уютный стук веселых ходиков – в виде забавной кошачьей мордочки, у которой в такт маятнику туда-сюда стреляли шкодливые глазки.

Алешка пошуровал кочергой в печи и сказал:

– Сначала нужно пробраться в дом и все там обыскать. И часы послушать.

– Сам знаю. А как?

– Очень просто. Пожар устроим. – Видно, на эту ясную мысль его навела печка. Агрессор какой-то. – Не настоящий, не бойся.

Ну да, временный. До приезда пожарных.

– Ты у них за задним забором разведешь костер. Дымный. И заорешь: «Пожар! Горим!» Они все выбегут тушить, а я – в дом. Пока они разберутся, я все разведаю. Они вернутся и…

– И за уши тебя схватят. Не пойдет. Давай лучше мирным путем.

– Мирным? – удивился Алешка. – Это как? Придем и спросим: «Куда вы спрятали коллекцию художника Кусакина?»

– Собакина, – поправил я.

– Какая разница!

Я не ответил, подошел к вешалке и выгреб из карманов наши финансы. Пересчитал.

– Подкупить хочешь? – заинтересовался Алешка. – У меня еще три рубля есть. Хватит?

– Хватит, – сказал я. – Слушай, что мы сделаем…

Глава V

ВСЕ НАОБОРОТ. И ДАЖЕ ХУЖЕ

Утром мы напились чаю с вареньем, взяли санки для отвода бабушкиных глаз, спрятали их в соседском сарае и пошли лесами в Кратово.

Машина директора стояла у магазина. Значит, он здесь, а не дома. Это способствовало осуществлению нашего плана.

В газетном киоске я купил несколько разных авторучек, недорогой блокнот и красивый пластиковый пакет. Сложил в него авторучки. Потом мы пошли по торговым рядам и нашли лоток, где торговали именными значками. Я выбрал какой поярче, это был «Витя», и прицепил его к куртке на самое видное место.

Алешка отступил немного, осмотрел меня критически, склонив голову к плечу, и сказал:

– Годится! Похож.

И мы пошли знакомой дорогой к дому с железным конем на крыше.

Со вчерашнего дня ничего вокруг не изменилось. Такой же снег на дороге, на деревьях и крышах. Те же рыбаки на речке. Может, они и в самом деле превратились в ледяные призраки, а никто об этом не догадывается? Вот и знакомый дом с конем на трубе, из которой сочится в небо белый дымок.

– Ты с ними построже, – напутствовал меня Алешка, – понахальнее.

Я отворил калитку, расчищенной дорожкой прошел к дому, деловито помахивая пакетом, поднялся на широкое крыльцо и длинно позвонил.

Дверь почти сразу распахнулась. На пороге стояла высокая женщина в переднике и с щеткой от пылесоса в руках. Типичная домомучительница, как говорит Карлсон.

– Чего тебе? – рявкнула она, смерив меня с головы до ног недовольным взглядом.

– Здравствуйте, – вежливо сказал я. – У вас дети есть?

– Что? – Она так удивилась, будто впервые услышала это слово.

– Дети, – доходчиво разъяснил я. – Школьного возраста.

– Нет. – Домомучительница взялась за ручку, собираясь захлопнуть дверь.

– А взрослые? – поспешил я.

– Школьного возраста? – растерялась она.

Но я не дал ей опомниться, мельком показал на свой значок и затараторил:

– Я представитель фирмы «Витя-плюс». Мы проводим благотворительную акцию в рекламных целях.

Вот тут она немного заинтересовалась. Кто ж халяву не любит, в натуре?

– У меня есть образцы первоклассных авторучек. Вы можете выбрать из них три, и в количестве десяти экземпляров каждый мы представим вам сегодня же в качестве приза. Согласитесь, что авторучка – это предмет первой необходимости. Их всегда не хватает, – частил я, – или они отказывают в нужный момент. А ручки нашей фирмы никогда не отказывают, и их всегда хватает… И они всегда под рукой.

– Ну, покажи, – перебила меня домомучительница и посторонилась, пропуская в дом.

Я вошел в прихожую, по-ихнему – холл, достал несколько ручек и стал черкать в блокноте.

– Обратите внимание, какой густой цвет у наших стержней. Как у хорошего фломастера. Линия равной толщины по всей длине. Одна ручка рассчитана на десять километров непрерывной строки…

– Постой, – прервала она меня. – Котлеты горят. – И, отложив щетку, помчалась на кухню.

Что мне и было надо!

Я побежал за ней, продолжая болтать на ходу и зыркая глазами по сторонам.

Так мы проскочили весь дом насквозь, но ничего особенного я не заметил. Кроме того, что в большой комнате на одной из полок теснились аудиокассеты. Все, как одна, марки «ТДК». Но это еще не улика. Даже не косвенная.

Перевернув котлеты, мы стали возвращаться к исходной позиции. Но я, будто машинально или заблудившись, свернул в большую комнату и, сразу пристроив блокнот на столе, стал рисовать в нем подряд всеми ручками, расхваливая каждую, будто сам их сделал. На уроке трудового воспитания.

И тут раздался бой часов. Точь-в-точь, как на кассете.

– Ой! – сказал я с восторгом. – Какие красивые часы! – И подошел к ним поближе.

Часы стояли между двух окон. А над ними висела какая-то странная картина, изображающая знаки препинания.

– Старинные! – похвалилась домомучительница – как я ручками. – Им двести лет, а все ходят. Только бьют невпопад.

Это верно. Стрелки показывали десять, а часы пробили тринадцать раз. Час дня, значит, по-ихнему.

Страницы: «« 123

Читать бесплатно другие книги:

Из конца в конец облачного мира бросает судьба Гану Дарейна. Он был пиратом и много лет избегал встр...
 Зловещие события надвигаются на земли Вавилора, где издавна живут бок о бок расы людей, эльфов, гно...
Книга стихов и песен. Ростов-на-Дону, 1996 г. 1000 экз...
Поэма, стихотворения. Ростовское книжное издательство 1991., 96 с....
«Бизнес в стиле фанк» – один из самых запоминающихся слоганов в истории бизнеса. Книга с этим назван...