Дурманящий ветер-афганец Тамоников Александр

– Откуда эта половинчатая информация?

– В каком смысле половинчатая?

– В таком, что наркобарона ты знаешь по имени, и что у него в подчинении крупный склад, знаешь тоже, а название самого аула тебе неизвестно. Как это понимать?

Майор, выбросив в воды быстрого ручья докуренный до фильтра окурок, произнес:

– Ясно! Попытаюсь объясниться! Об Асланбеке как-то по пьянке заикнулся сам Беляев, но места его обитания не назвал, сказав лишь, что тот проживает в Ашале, но руководит какой-то базой в окрестностях поселка, где и содержит склад!

– А не могло это быть пьяным бредом твоего начальника?

Майор согласился:

– Может, и так, но я думаю, что Беляев говорил правду!

– Подполковник так неосторожен?

– Он был, извиняюсь, в сиську и нес все подряд, в том числе и то, о чем я упомянул. Причем я на разговор его не вызывал. Уверен, что подполковник, совершенно не контролируя свои действия, не мог вести какую-то игру. Да и зачем ему это было нужно?

Человек в кустах задумался.

Майор спросил:

– Вы и есть тот полковник, что выходил со мной на связь вчера, или его представитель?

– Да, я и есть тот полковник, но помолчи пока, майор!

Соколов прошелся по берегу, немного постоял у самого брода, вернулся на прежнее место. Услышал голос из кустов:

– Хорошо! Будем считать, ты словами начальника сказал то, что соответствует действительности. Но это следует проверить и установить место конечного пути колонны. Завтра, когда подойдут «КамАЗы», выстрой их за шлагбаумом и попридержи минут на пять. Это время у тебя будет хотя бы для того, чтобы изъять документацию, как и приказал начальник отряда, а также снять с каравана деньги. Кстати, ты не знаешь, каким образом ваши пропуска могли оказаться у водителей, ведущих машины из глубины «Каменного мешка»?

Соколов ответил:

– Не имею понятия, могу лишь предположить, что Беляев сам снабдил ими наркокараван. Как и где? Не знаю! О перемещениях подполковника по региону я не осведомлен.

Полуянов спросил:

– А как ты узнаешь, откуда вышла колонна?

– По путевым листам и накладным.

– Но они могут быть подделаны.

– Они и будут подделаны, но чтобы пройти через «мешок», они должны иметь отметки населенного пункта, откуда начали движение. Иначе можно попасть под проверку мобильных пограничных групп, неплохо контролирующих район. Представьте, вышли они, к примеру, из Ургаба, а отметка в путевке и накладной сделана где-нибудь в Самале, а тут погрангруппа! И все! Приехал наркотранзит! Поэтому перевозчики дури на поддельных документах ставят настоящие печати тех пунктов, которые проходят, следуя по маршруту. Это уже после прохождения пограничного поста они сменят обличье и вместо старых документов используют новые, где будет указано, что машины киргизские и следуют по своей территории, к ним внимания меньше, чем к тем, кто идет из Таджикистана. До сих пор было так!

Немного подумав, полковник спросил:

– Ну, раз на документации до сего времени ставились отметки о начальном пункте движения машин с наркотой, то откуда в основном выходили те автомобили, которые ты пропускал ранее?

– Из разных мест, но подавляющее большинство начинало свой маршрут или из Калаума, или из Форога. Из Форога больше.

– Добро! Мне кажется, ты хотел бы задать и свой вопрос?

– Если можно, и не вопрос, а скорее просьбу!

– Слушаю тебя.

Майор произнес:

– О себе я не говорю, понимаю, что за совершенные преступления получу такой срок, что из тюрьмы уже не выйду, и я, поверьте, готов к этому. Прошу о жене. Вытащите ее из лап наркоторговцев! Она находится…

Полковник перебил Соколова:

– Я в курсе, где содержат Надежду. О ней не беспокойся! А о себе?.. Те деньги, которые ты впервые взял за пропуск наркоты, помогли твоей матери?

Офицер-пограничник никак не ожидал подобного вопроса, поэтому замялся перед тем, как ответить:

– Да… помогли! Без них, вернее, без дорогих импортных лекарств, что были куплены на эти деньги, она бы умерла! А так живет после операции, в полном неведении о том, какой ценой достались мне эти проклятые деньги! Но главное, что мама выздоровела. Вот только насколько ей хватит жизни, когда она узнает, что ее сын предатель и преступник?

Майор мрачно замолчал, закурив очередную сигарету, нервно и жадно втягивая в себя дым, уставившись взглядом в одну точку.

Следующий вопрос полковника был еще более неожиданным:

– Ты согласен сотрудничать с нами?

Соколов выбросил окурок, ответил не раздумывая:

– Чтобы как-то искупить вину, да! Причем не выставляя никаких условий смягчения своей участи при привлечении к суду военного трибунала.

– Ну, вот только громких слов не надо. Значит, будем считать, что наше обоюдовыгодное сотрудничество началось. Сейчас ты отправишься на свой пост, у развилки остановись. Справа увидишь большой камень. Под ним – пневматический пистолет. В магазине, что найдешь рядом, восемь патронов. Завтра по прибытии «КамАЗов» выбери момент, чтобы выстрелить из пистолета в протекторы любого колеса каждой машины. Затем ствол надежно спрячь, особенно от своего водителя Абдуламона. Этим мы проверим искренность твоего желания работать с нами. При необходимости я вызову тебя на связь, как и вчера, в 20.00, но смотри, чтобы и тут близко не было Селдымурадова!

Майор проговорил:

– Сделаю, как вы сказали. Но вы выходите на связь на частоте отряда! Не думаете, что наш разговор могут перехватить связисты Беляева?

Полковник ответил категорично:

– Это исключено! Ты обеспечь безопасность связи в казарме, а остальное наша забота.

– Понял!

– Ну, а раз понял, возвращайся на пост, а то штатный стукач подполковника Абдуламон, наверное, уже места себе не находит, и не забудь о пневматике у развилки! До связи, майор. Все, иди к машине!

* * *

Вернувшись со встречи с майором-пограничником, Полуянов тут же запросил связь с Центром.

Ему ответил все тот же генерал-лейтенант Борисов:

– Центр на связи!

– Центр, я – «Бадахшан»!

– Слушаю тебя, Вадим.

– Встреча с Соколовым состоялась.

– Ее результаты?

– Майор согласился сотрудничать со Службой.

Генерал проговорил:

– Это изначально прогнозировалось. Куда майору деваться? Нагружай его работой, Вадим, но перед этим надежно прикрой супругу.

Полковник ответил:

– Сделаем!

И попросил:

– Мне бы отряд на плоскогорье отвести. Сам понимаешь, как изматывает людей неопределенное по времени вынужденное безделье, в крайне неудобных условиях преждевременного, как я имею все основания считать, нахождения на рубеже подготовки штурма.

Феликс согласился:

– Ничего не имею против твоего предложения. Оно обоснованно. Но наблюдение за постом держать!

– Об этом мог бы и не напоминать.

– Вот и хорошо. Работай, Вадим! До связи!

– До связи!

Глава 2

За месяц до описываемых событий. Ближнее Подмосковье, загородная резиденция Федеральной секретной службы по борьбе с наркомафией Х-4 «Виртус». Запасной штаб Службы

В кабинете директора «Виртуса» генерал-полковника Валентинова собрались его заместители генерал-лейтенант Борисов и генерал-майор Кауров, а также командиры специальных подразделений: «Легион-1» – полковник Злотов, «Легион-2» – подполковник Кудрин, «Кавказ» – полковник Железнов, и руководители вновь созданных отрядов спецназа «Бадахшан» и «Барс» соответственно полковник Полуянов и подполковник Рудаков.

Вел совещание, естественно, генерал-полковник Валентинов.

– Товарищи, я собрал вас здесь и в таком составе потому, что Служба получила приказ о проведении в августе месяце сего года крупномасштабной акции по нанесению наркомафии сокрушительного удара, что раньше, как всем прекрасно известно, практиковалось крайне редко. На этот раз нам придется действовать за пределами России. Кем отдан сей приказ, объяснять, думаю, не надо, все сами должны понимать! Кодовое название операции – «Цунами». Она подразумевает привлечение к акции наших крупных сил, одновременно нескольких автономных отрядов, командиры которых находятся здесь. Прошу внимание на экран!

Черные шторки, закрывающие огромных размеров телевизионный экран, закрепленный в боковой стене кабинета Валентинова, разошлись в сторону. На нем высветилась часть оперативной карты, показывающей обширный участок гор неприступного с виду Памира. Местность опытные, битые войной «профи» определили сразу и без подсказки генерала. Но директор Службы «Виртус» все же посчитал нелишним прокомментировать телевизионную заставку:

– Перед вами, товарищи офицеры, горный участок Памира, внутри которого просматривается территория, называемая «Каменным мешком». Район, находящийся под влиянием сил, неподконтрольных официальным властям Таджикистана. Район, через который проходит основная трасса в Киргизию Форог – Ашал, или тракт практически постоянного транзита больших партий героина и опия-сырца. Далее, из Киргизии, наркотик расползается множеством щупальцев-дорог мерзкого спрута по всей центральной части России.

Директор Службы указал на приграничный перевал, отмеченный на карте по трассе, проходящей через него, мелкими буквами «з-п-н», объяснив:

– Здесь, на этом месте з-п-н, что означает: застава – пост – наркотик, несет службу вторая застава Караульского пограничного отряда, главная задача которой досмотр транспорта, проходящего границу через контрольно-пропускной пункт. Именно через этот КПП и проходят крупные грузы наркоты! Этим постом займется отряд полковника Полуянова «Бадахшан». В зону ответственности спецназа входят также населенные пункты Ургаб в Таджикистане и Сары в Киргизии, где дислоцируется штаб Караульского погранотряда.

Полковник поднялся, коротко ответил:

– Есть!

Валентинов, предложив подчиненному сесть, продолжил свой монолог:

– По данным глубинной разведки «Виртуса», наркотик к перевалу подходит из района Форога. Скорее всего со скрытых складов в окрестностях названного населенного пункта, куда он стекается из пограничных аулов северного Афганистана, через реку Пяндж. Хранилища покойного Садыка, недавно организовавшего и проведшего в Чечне террористические акты и уничтоженного отрядом «Кавказ» во взаимодействии с воинским спецназом, мы ликвидировали. Но поставки смертоносного зелья из-за «речки» не прекращаются, так как заводы в Кайрабаде и Гайдузе соседнего Афганистана продолжают работу и, как следствие, появляются новые наркобароны и новые склады. И число их растет! Но одно в действиях наркоторговцев играет нам на руку. Это то, что они начали объединяться под руководством некоего Вахтанга, наркодельца из Грузии, бывшего компаньона Садыка. И складировать наркотик в нескольких крупных точках, а не разбрасывать мелкими партиями по схронам аулов, что делается в целях сохранения единого управления в наркобизнесе и обеспечения безопасности хранения столь ценного товара. По этим хранилищам будут работать отряды «Легион-1» полковника Злотова в Киргизии, в районе Ашала, и «Легион-2» подполковника Кудрина в Таджикистане, в окрестностях Форога. А если понадобится, то и в России, для чего в оперативный резерв выводится отряд «Кавказ» полковника Железнова.

Валентинов сделал паузу, отпив из стакана с неизменным подстаканником несколько глотков остывшего крепкого, без сахара чая. После чего продолжил:

– Выйдя на цепь наркотранзита со всей ее инфрастуктурой, мы должны подготовить и провести две практически одновременные акции в Афганистане и Таджикистане с Киргизией. Вот общий план наших предстоящих действий. Акция в Афганистане планируется и проводится отдельно и будет обсуждаться только с командирами подразделений, занятых непосредственной работой за «речкой». Вы уже догадались по присутствующим офицерам, кому придется идти в Афган, но прошу свои догадки оставить при себе, не обсуждая их, а приступить к специальной подготовке своих подчиненных для действий в условиях высокогорья. Персональную, уточненную до деталей задачу каждому из названных мной командиров отрядов поставит руководитель операции «Цунами» генерал-лейтенант Борисов. С ним и решайте вопросы подготовки и проведения своих автономных заданий. На этом совещание объявляю закрытым! Все, кроме генералов Борисова и Каурова, а также подполковника Рудакова, свободны!

Борисов поднялся, подал команду:

– Товарищи офицеры!

– Товарищи офицеры, – разрешил генерал-полковник Валентинов подчиненным покинуть помещение.

Офицеры вышли.

В кабинете остались Валентинов, Борисов, Кауров и Рудаков.

Директор Службы, встав, отворил форточку зарешеченного окна, разрешив подчиненным курить. Все воспользовались предоставленной возможностью.

Каждому был подан крепкий ароматный кофе. За исключением Валентинова, который пил только чай.

Закончив с сигаретами и тонизирующими напитками, директор обратился к Рудакову:

– Тебе, подполковник, и, естественно, подчиненному тебе отряду «Барс» в операции отводится исключительная роль. А именно уничтожение заводов по производству героина на территории Афганистана. Мы с Главкомом обсуждали эту проблему, он пришел к выводу, что настала пора покончить с наркотической экспансией против России, и одобрил наш план уничтожения основных источников производства и транзита в страну героина с физической ликвидацией лиц, занимающих в наркобизнесе юго-западного направления ключевые позиции. Места расположения заводов известны. Это небольшие, но сильно укрепленные опорные пункты, которые тебе, Рудаков, придется брать штурмом. Вся сложность в том, что эти предприятия удалены друг от друга почти на сто километров. Так что «Барс» придется делить на две сводные группы, оставив под единым, а именно твоим, Борис, руководством на месте боевого применения. Мы обеспечим скрытный проход через Пяндж, предположительно в зоне ответственности Соколовского пограничного отряда, и далее в глубь сопредельной территории. В Афгане неплохо закрепились наши агенты стратегического внедрения в период оказания помощи Масуду и Дустуму в их противостоянии талибам. Проводники у отряда будут. Они же снабдят вас всей необходимой информацией, которой на данный момент мы не владеем. Но этим их помощь ограничивается.

Подполковник использовал короткую паузу, которую сделал генерал-полковник, спросив:

– А не проще было бы нанести по заводам, раз известны места их расположения, несколько точечных ракетных или воздушных ударов?

Валентинов ответил:

– Проще, Боря, намного проще и эффективней, чем наземная операция ограниченными силами. И я поднимал этот вопрос при встрече с Главкомом. Но, понимаешь, такое, без сомнения, разумное с военной точки зрения решение в настоящее время нежелательно для той политики, которую проводит Россия на Востоке. Однако он не отмел озвученный тобой вариант и выказал готовность вернуться к его рассмотрению, если Служба окажется не в состоянии своими силами провести акцию или ее проведение грозит нам потерями в живой силе. Так что, в принципе, если вы, тщательно проанализировав обстановку, придете к выводу, что акция в Афганистане не может быть гарантированно выполнена без реальной угрозы гибели отряда, я возобновлю разговор с Главкомом. Жертвовать своими подчиненными в угоду политикам я не намерен. Но пока изучайте обстановку, разрабатывайте варианты действий, готовьте либо проект приказа на боевое применение, либо обоснованный отказ от проведения наземной операции. Мой доклад Самому должен быть убедительно мотивированным.

Директор Службы повернулся к Борисову:

– Пока Каракурт с Рудаковым начнут изучение обстановки, ты, Феликс, поставь конкретные задачи командирам отрядов, привлекаемых к акции в бывших союзных республиках. Ее-то мы должны провести без проблем! На подготовку ребят – месяц. К началу августа все подразделения должны находиться в местах предполагаемого применения. Потом присоединишься к Каурову с Рудаковым.

Борисов поднялся:

– Я все понял, Валентин!

– Вот и хорошо! Ну что, мужики, какие ко мне будут вопросы в части, касающейся полученной задачи?

Рудаков спросил:

– «Барс» сразу от границы будет выходить по разным маршрутам к своим целям?

– Да!

Больше вопросов к директору Службы не было.

Кауров и Рудаков покинули кабинет Валентинова, а затем и загородную резиденцию, направившись на секретный полигон «Виртуса», где по распорядку дня занимались отряды, не задействованные в боевых выходах, и где своего командира в полном составе ожидал личный состав «Барса».

* * *

Контрольно-пропускной пост первой заставы Караульского пограничного отряда. Горный перевал. 5 августа. 11.28

Майор Соколов находился в своей канцелярии, когда прибежавший посыльный доложил:

– Товарищ майор, вас прапорщик Селдымурадов просит выйти на пост.

– Что-то случилось?

– Колонна «КамАЗов» с пропусками нашего отряда подошла со стороны Ургаба.

– Сколько машин в колонне?

Точно ответить посыльный не смог:

– Пять или шесть, где-то так!

– Хорошо, я сейчас выйду, а ты передай прапорщику, чтобы пропустил колонну, выстроив ее на площадке особого досмотра.

– Есть!

Посыльный убежал обратно на пост.

Взяв с собой небольшой, умещающийся в кармане камуфляжа, заряженный пневматический пистолет, майор вышел из казармы.

Пять бортовых «КамАЗов» с пропусками Караульского отряда на лобовых стеклах к этому времени выстроились в ряд на площадке особого досмотра.

Навстречу начальнику заставы заспешил невысокий хромой таджик:

– Ассолом аллейкюм, башлык! Я – Анвар, старший этой, – он указал на грузовики, – колонны с сахаром, едем в Россию торговать. Вот и пропуска ваши в Сарах заранее получили!

Он вновь указал на фургоны.

– Вижу, – сухо произнес майор, – пропуска снять и вместе со всей путевой документацией передать мне!

– Яхши, начальник, минуту, и все будет сделано.

Хромой Анвар крикнул что-то по-таджикски водителям грузовиков, которые, открыв дверцы и опустив ноги на подножки кабин, внимательно следили за происходящим на посту. Рядом с ними находились сменные водители, державшие на коленях, и это было видно, автоматы «АКС-74» с заряженными подствольными гранатометами.

Приняв документы, передав их тут же Селдымурадову, Соколов приказал:

– Построй-ка, Анвар, мне свой водительский состав, естественно, без оружия, которое вы так неосторожно демонстрируете на боевом пограничном пункте.

Таджик удивился:

– Что-то не так, начальник? Мне Беляев…

Майор перебил его:

– Выполняй, таджик, что тебе говорят! Мы с прапорщиком должны осмотреть колонну.

– Но пропуска…

– До чего же ты непонятливый, Анвар. За нами следят десятки глаз моих подчиненных и столько же водителей других машин, хотя бы для них мы обязаны имитировать досмотр! Неужели тебе это не ясно?

Анвар ударил себя рукой по лбу:

– Ай! Все понял, а сначала подумал…

Но Соколов и здесь не дал таджику продолжить речь, спросив:

– Деньги при тебе?

– В поясе, под халатом.

– Хорошо, выполняй приказ!

Старший колонны подал резкую команду, и водители, оставив оружие в кабинах, послушно и быстро, что указывало на их специальную подготовку, построились напротив казармы, строго по ранжиру, по росту.

Соколов обратился к Анвару:

– После досмотра будь готов проследовать за мной в казарму.

– Хоп, босс, как скажешь.

Майор приказал прапорщику:

– Абдуламон, обойди колонну слева, я сделаю то же самое справа, кабины мои, топливные баки твои. Тенты поднимать с тыла. Это тоже на тебе! Анвар, следуй за прапорщиком и надень на морду лица недовольную мину.

И вновь хромой таджик выразил крайнее удивление:

– Чего надеть? Какую мину? У нас нет мин! Автоматы да…

Соколов только махнул рукой.

Майор зашел с правой стороны колонны, скрытый от посторонних глаз фургонами, достал пневматический пистолет. Обходя машины, он бесшумно стрелял в средние колеса трехосных машин, не подозревая о том, что сверху, с гор, снайпером Полуянова уже были помечены маяками все «КамАЗы».

Но начальник заставы выполнял приказ, одновременно с установкой своих радиомаяков заглядывая в кабины, из которых еще не выветрился густой запах анаши. Обратив ранее внимание на вооружение, он, обходя машины, оставлял дверцы кабин открытыми, чтобы наблюдатели спецназа могли засечь арсенал проходящей через пост под контролем и прикрытием начальника пограничного отряда автомобильной колонны.

И наблюдатели отметили данный факт. Они отметили и еще кое-что, используя свою специальную рентгеновскую технику, о чем майор не имел ни малейшего понятия. Но это Соколова не касалось, а свою задачу он выполнил, продублировав действия снайпера спецназа.

После досмотра «КамАЗов» майор провел Анвара в свою канцелярию, где хромой таджик, сняв пояс, передал его Соколову. Тот тщательно пересчитал деньги и, убедившись в том, что старший наркотранзита отдал нужную сумму, отпустил его.

Как только колонна вышла с поста, взяв курс на Ашал, к полковнику Полуянову прибыл командир группы специальной разведки майор Буйко.

Вопрос командира «Бадахшана» был краток:

– Ну, что?

– Просветили мы конвой. Интересное обстоятельство обнаружилось.

– Да? Продолжай.

– Только в четырех первых «КамАЗах» героин, по десять двадцатикилограммовых мешков, обложенных сахаром, кузов же последнего, пятого грузовика разделен на две части. В нем наркоты нет, но есть люди! В заднем отсеке сахар, в переднем десять человек. Среди них две женщины.

Полуянов спросил:

– Вот как? Вооружены все?

Майор отрицательно покачал головой:

– В том-то и дело, что нет! Вооружены только двое. И расположены люди так: эти двое с автоматами у мешков, восемь же человек собраны в кучу у кабины, они скреплены между собой цепью.

Полуянов выругался:

– Скоты! Вместе с наркотой и рабов перевозят! Заложники эти люди. Случись столкновение с мобильной пограничной группой или войсковым подразделением, бандиты тут же и прикроются невольниками. Твари, мало им героина, так еще и рабов держат! И сука Беляев, оборотень хренов, прикрывает их. Ладно, информацию принял, пойдешь к себе, вызови сюда связиста Горского.

– Есть, товарищ полковник!

Командир отделения «Р» прибыл через считаные минуты.

– Вызывали, командир?

– Мне нужна срочная связь с Центром!

– Как срочно?

Разозленный Полуянов вспылил:

– Капитан, мы и дальше будем продолжать дискуссию или вы все же приступите к исполнению приказания? Я сказал, мне нужна срочная связь с Москвой! Ну, какие, к черту, еще могут быть уточняющие вопросы?

– Все понял, товарищ полковник, виноват!

Спустя пять минут Москва ответила:

– Я – Центр, слушаю тебя, «Бадахшан»!

Полковник доложил:

– Колонну в пять «КамАЗов», предположительно с восемьюстами килограммов героина, через КПП пропустили!

– Проблем не было?

– Не было, Феликс! Вместо них сюрприз получили.

Голос генерала Борисова напрягся:

– Что за сюрприз? Объяснись понятней.

Полуянов доложил о людях-рабах, провозимых в последней машине колонны.

Феликс уточнил:

– Как я понял, люди, восемь человек, включая двух женщин, в последнем «КамАЗе», скованы и сопровождаются вооруженным конвоем?

– Так точно!

Борисов на минуту задумался:

– Хорошо, хотя, конечно, ничего хорошего в полученной информации нет. Но было бы гораздо хуже, если бы мы не узнали о заложниках. У тебя возле Саров сколько людей?

Полуянов ответил:

– Пять человек.

– Кто старший?

– Капитан Гурин.

– Немедленно передай ему, чтобы выслал человека в Сары. Сразу на въезде в поселок по шоссе справа во втором доме он должен встретиться с неким Довлетом Мусаевым. Это наш зарезервированный агент. У него есть машина. Пусть Довлет немедленно отправляется вдогонку за колонной и скрытно сопровождает ее. Узников бандиты могут оставить где-нибудь, не доезжая конечного пункта своего маршрута, нам надо знать, где это произойдет, если произойдет вообще. Понял меня, Вадим?

– Понял!

– Работай!

Отключившись от Москвы, Полуянов тут же связался с капитаном Гуриным. Передал командиру группы слежения за Сарами приказ Борисова.

Через час получил ответ – преследование вышло из поселка. А еще через два часа Гурин доложил: Мусаев догнал колонну и сел ей на хвост.

В 20.00 командир «Бадахшана» вызвал Соколова.

Тот ответил немедленно:

– «Перевал» на связи!

– Это спецназ. Видел твою работу, майор, что подтвердило искренность намерений сотрудничества с нами.

Соколов ответил:

– Я рад, что вы поверили мне!

– Оставим лирику, перейдем к делу. Ты знал, что должно было находиться в кузовах «КамАЗов»?

Страницы: «« 123456 »»

Читать бесплатно другие книги:

Жизнь не любит компромиссов, она требует прямого и точного выбора. Особенно в любви. Но Ольга никак ...
Жизнь не любит компромиссов, она требует прямого и точного выбора. Особенно в любви. Но Ольга никак ...
Жизнь не любит компромиссов, она требует прямого и точного выбора. Особенно в любви. Но Ольга никак ...
Голова профессора Веллса оценена очень высоко. Частный детектив Кирилл Вацура убедился в этом, едва ...
Очередной эпизод замечательной бандитской саги о трех рэкетирах. Приключения Атасова, Протасова, Арм...
Рассказ молодой московской журналистки написан в традиции Стивена Кинга, но заставляет вспомнить и о...