Принцип действия - Зайцев Сергей

Принцип действия
Сергей Григорьевич Зайцев


Боевые роботы #2
Несколько лет назад Сомаха Олиман был изгнан с родной планеты за мнимое преступление, с тех пор его домом стал торговый корабль-внешник «Забулдыга», а его новой семьей – экипаж корабля. В трюмах «Забулдыги» находится очередной заказ – новейшие боевые роботы из линии «Право Первопроходца», а путь корабля лежит в систему Рапира, в которой народы двух планет-соседок – Двойного Донца и Гармоники, ведут между собой войну за место под солнцем. Казалось, сделка должна пройти как по маслу, но проблемы все же возникают. При доставке товара на Гармонику Сомаха Олиман невольно оказывается втянут в борьбу на стороне защитников Двойного Донца, и случай ставит его перед выбором: потерять друзей или вмешаться в конфликт. Все шансы – на стороне завоевателей. Но если ты пилот боевого робота, то и один в поле – могучий воин, способный склонить чашу весов в свою пользу.





Зайцев Сергей

Принцип действия





1. Кают-компания «Забулдыги»


– Они нас и так задавят, Кассид. Массой. Умением. Напором. А ты предлагаешь модели роботов, с управлением которых мои пилоты практически не знакомы. Не вижу смысла усугублять и без того дрянную ситуацию, сложившуюся у нас на сегодняшний день. Нет времени на переквалификацию. Ты привёз не ту технику.

Столь мрачное заявление вполне соответствовало хмурому виду интендант-полковника Нэшена Грога, чья жилистая и долговязая фигура утопала в одном из кресел кают-компании торгового корабля-внешника «Забулдыга». Вытянутое костлявое лицо с жёсткими кустиками выцветших бровей, глубоко утопленные глаза грязно-серого цвета, острые скулы с натянутой до предела, загорелой едва не до черноты кожей, бритый бугристый череп…

Интендант-полковник являлся одним из двух самых важных чинов в «Правопорядке» – коммерческой военизированной организации (КВО), занимавшейся поддержкой законности в тех мирах, которые по каким-либо причинам не могли себе позволить содержание собственных вооруженных сил. Выше него по статусу стоял только командор-полковник Стэн Маришел, возглавлявший «Правопорядок», и ведавший экономическими и политическими вопросами выживания своей организации. А Нэшен Грог отвечал за боеспособность техники и вооружения, за своевременное пополнение материальной части в случае боевых потерь, в том числе – за восполнение личного состава. Люди выбывали по разным причинам – окончание контракта, гибель, болезнь, травмы и ранения, несовместимые с требованиями дальнейшей службы, но, как бы там ни было, а эффективность организации всегда должна оставаться на высоте. Вдобавок, в отсутствие командор-полковника, уже десять дней как убывшего из системы Рапиры решать жизненно важные для организации вопросы, Нэшен Грог временно вынужден был тянуть на своих костлявых плечах еще и обязанности своего непосредственного командира. И как чрезвычайно ответственное и уполномоченное лицо, полковник считал себя вправе ворчать по поводу и без повода. Впрочем, брюзжание и угрюмый вид давно стали неотъемлемой частью его характера: дела организации последний год шли не слишком хорошо, и причины для недовольства копились с угрожающей быстротой.

Напротив интендант-полковника в таком же удобном кресле расположился хозяин корабля-внешника – капитан Кассид Кассиониец. Присутствующих разделял сервис-столик, увенчанный десятилитровым биопластиковым бочонком со светлым зармондским пивом. Чуть выше бочонка в воздухе висела медленно вращающаяся вокруг собственной оси голограмма одного из четырёх боевых роботов, предложенных торговцем на продажу. Именно ради этого товара интендант-полковник и прибыл сюда, на орбиту, хотя ненавидел космос всеми фибрами своей прокаленной военными ветрами души. Полковник ненавидел невесомость, и хотя в каюте царила устойчивая искусственная гравитация, он ни на минуту не забывал, что невесомость всегда рядом – чуть что случись, она тут же явится его терзать и мучить своими весьма специфическими ощущениями, в том числе – полнейшей дезориентацией в пространстве. А полковник очень не любил дезориентации. И вообще всякую неопределенность – в чем бы то ни было.

– Ты привёз не ту технику, торговец, – угрюмо повторил Нэшен Грог сухим, скрипучим, словно несмазанный механизм дверного привода, голосом. Повторил властно и безапелляционно, будто вынес приговор.

В ответ капитан «Забулдыги» вяло шевельнул плечом, чем его реакция и ограничилась. Выглядел Кассид Кассиониец как боевой экзот-робот, имитирующий человеческую внешность, поэтому неудивительно, что более бурно выразить возмущение ему было просто лень. Впрочем, с определением внешности Кассида как «человеческой» у непредвзятого наблюдателя возникли бы трудности. В росте кассиониец ничем не уступал долговязому интендант-полковнику, но в плечах был пошире раза в четыре. Не человек, а огромный шкаф с плавными, почти кошачьими движениями и жестами. Но главное даже не это, а его специфический «прикид». По устойчивой моде Кассионии белоснежные волосы торговца завивались в два торчащих надо лбом конусообразных рога, натягивая кожу лопатообразного темно-синего лица так туго, что вылупленные белки глаз, казалось, вот-вот выскочат наружу из плоских, почти лишенных рельефа глазниц. И на этом же ультрамариновом фоне в окаймлении черных губ желтели крупные квадратные зубы – желтели светлой охрой, ярко и вызывающе. Одеяние Кассида тоже соответственно вкусам своей родной планеты – жилет из пуленепробиваемых композит-пластин топорщился на дородной туше торговца, словно панцирь на черепахе-переростке. Одним словом, чистокровный кассиониец. Не Кассид Кассиониец в частности, а кассиониец вообще. Насколько Нэшен Грог знал, в родном мире торговца все двинуты на биоимплантировании. Так что искусственные волосы и неестественный для человека цвет кожи и зубов – это еще цветочки, видимая, то есть надводная часть айсберга. Нэшену приходилось встречать и более экстравагантных образчиков этой «торговой породы», а слухи лучше вообще не пересказывать…

В одной руке Нэшен Грог держал литровый и уже ополовиненный бокал – щедрое угощение хозяина, а другой, задумавшись, машинально поглаживал подлокотник кресла из янтарного бука – невероятно дорогой, полудрагоценной древесины с Золотой Плеши. Нэшен, например, несмотря на свой немаленький оклад интендант-полковника «Правопорядка», пока не мог себе позволить такую мебель в служебной квартире, находившейся в столице Двойного Донца – Конкосте, где проживала его семья – жена, замаявшаяся от безделья домохозяйка, и сын, подрастающий оболтус восьми лет. Война, дело хлопотное и отнюдь не самое надёжное, требовала вкладывать семейные доходы в счета межпланетных инвестиционных фирм и банков, а полученные таким образом доходные проценты шли на погашение незапланированных затрат. На войне всегда много незапланированных затрат, так что пока не до роскоши.

Но больше всего в кают-компании «Забулдыги» Нэшена раздражала не роскошь кресел, а чрезмерный, на его взгляд, по своим размерам и возможностям информационный экран. Обзорные панели покрывали поверхность стен кают-компании практически полностью, не прерываясь даже прямоугольником входа. Информационное поле было поделено на десятки видеоокон, на которые непрерывно транслировалась всякая всячина – то, что приёмная аппаратура «Забулдыги» сумела выудить из местной инфосети и что добыла путём собственных «изысканий», с помощью видеокамер высокого разрешения, установленных на борту. Панорамные виды со всех сколько-нибудь примечательных точек планеты от одного полюса до другого. Разгул самых различных стихийных бедствий – цунами, землетрясения, ураганы, наводнения – непременный антураж живой планеты, пламенное сердце которой ещё не остыло, не покорилось неумолимому времени за миллиарды прожитых лет. Значительная часть видеоокон была занята самой актуальной на сегодняшний день информацией – новостями информационных агентств обеих враждующих сторон – «агностиков» и «миротворцев», и военными сводками с различных участков фронтового периметра, протянувшегося по владениям Дикого Леса.

На экраны Нэшен Грог старался не смотреть. Интендант-полковник прибыл на «Забулдыгу» не ради сводок новостей и происшествий, к тому же от бесконечного мельтешения картинок на стенах кают-компании у него рябило в глазах, и начинала болеть голова. Поэтому он старался сосредоточить всё внимание на голограмме, висевшей над сервис-столиком. Даже уменьшенный в сотни раз облик представленного ИБээРа – индивидуального боевого робота – выглядел весьма внушительно. «Колонизатор». Семьдесят тонн несокрушимой брони и ураганной огневой мощи. Боевой Робот из новой элитной линии «Право Первопроходца» – гуманоидного облика, или, по военной терминологии, ИБээР типа «гуман». Запущенная в производство на Гэгвэе всего год назад, линия усиленно рекламировалась во всех уголках известного космоса. Тяжёлый. Мощный. Дорогой. И бесполезный для Нэшена. Как и остальные три робота этой же линии, функционально дополняющие друг друга и призванные составить универсальное по назначению боевое звено-квадру. Чёрт дёрнул Кассида притащить именно эти машины. Самые новые и… Чёрт и ещё раз чёрт!

– Если бы я не знал тебя столько лет, я бы подумал, что ты издеваешься, – недовольно продолжал интендант-полковник. – Или действуешь в интересах нашего врага с Гармоники…

– Какого врага, рэ-эррр, Нэшен? – Кассид Кассиониец хмыкнул, обгрызая зубочистку, которой разжился в последнем рейсе на Гэгвэй, позволившем приобрести этих роботов. Предприимчивые технари Гэгвэя, в основном специализировавшиеся на производстве боевой техники, попутно поддерживали народных умельцев, промышлявших изготовлением поделок из клыков самых опасных хищников родной планеты, и одаривали торговых партнёров уникальными сувенирами. Наверное, по их представлению, каждый пилот индивидуального боевого робота должен обладать такой зубочисткой для укрепления мужественного имиджа, будь то воин-супермен или преуспевающий в делах бизнесмен. Голос Кассида, кстати, чем-то походил на рык хищного зверя, «останками» которого в виде зубочистки он ублажал свои крепкие жёлтые зубы. Кассид не говорил, а рычал. В зависимости от настроения – добродушно порыкивал или издавал рык ярости и гнева. Но рычал всегда. В своё время ради внешнего эффекта биоперестройке подверглась и его гортань, а не только кожа, волосы, мускулатура, кости и ногти.

– После стольких лет дружбы, тесного и взаимовыгодного сотрудничества я никак не ожидал с твоей стороны столь несправедливых обвинений, – в данный момент в рыке торговца явственно слышалось искреннее, вернее, хорошо сыгранное возмущение.

Отхлебнув пива, а пиво у Кассида, между прочим, было всегда толковое, на Двойном Донце такого не сыщешь, Грог в который раз покосился в сторону двух членов команды Кассионийца, тоже находившихся в каюте. Их кресла, предупредительно отодвинутые к стенке подальше от столика, заслоняли парочку информационных окон. В беседу Грога с Кассидом эти двое практически не вмешивались, но их присутствие несколько мешало полковнику сосредоточиться, вносило лёгкий разлад в его мысли. Может, потому что Зайда, офицер безопасности «Забулдыги», была родом с Бикаэллы, о чём красноречиво свидетельствовала её внешность? Женщина обладала огромным, почти в два с половиной метра ростом и была отлично сложена. Вся её одежда состояла лишь из стильной безрукавки благородного светло-серого оттенка «мраморное безмолвие», не скрывавшей очертаний весьма выдающейся груди, и из таких же по цвету лосин, подчёркивавших красоту крепких широких бедер, обувь – тяжёлые башмаки полувоенного образца. Черты ее рыжевато-коричневого лица, несмотря на некоторую тяжеловесность, можно было бы назвать красивыми. Волосы, заплетённые в четыре тугие косы, по две с каждой стороны лица, отливали ровным иссиня-чёрным цветом. Часть лица и шеи бикаэлки покрывала золотистая вязь татуировок, краешки линий и завитков также выползали из-под безрукавки на открытые взгляду, впечатляющие даже по крутым мужским меркам бицепсы рук.

«Вероятно, – подумал Грог, – у этой женщины подобными узорами покрыто всё тело под одеждой…»

Спохватившись в который раз, интендант-полковник заставил себя отвести взгляд от Зайды, зная, что бикаэлки, в силу сложившихся на их планете традиций, считают проявление подобного интереса со стороны мужского пола оскорбительным вызовом. Хм-м. Он неожиданно поймал себя на мысли, что было бы чрезвычайно интересно посмотреть на эту женщину в более непринужденной обстановке, то есть, совсем без одежды…

Тьфу. Нашёл о чём думать именно сейчас.

Третий член команды, пилот-универсал, по происхождению тавеллианец, тоже обладал яркой своеобразной внешностью. Однако это своеобразие было не причудливым, как у Кассида и Зайды, а образцовым. Лицо и фигура пилота словно были смоделированы компьютерной программой, задача которой состояла в создании внешности идеального человека. Идеально красивого человека. Больше всего на точёном и абсолютно бесстрастном лице тавеллианца поражали глаза – необыкновенно чистой завораживающей синевы, источающей лишь холод… За время беседы этот красавчик Лайнус, – надменный и прямой даже в кресле для отдыха, казалось, целиком погруженный в раздумья, – ни разу не взглянул в сторону Грога. Не удостоил. Словно полковника и не существовало. «И пусть», – решил про себя полковник. Пусть смотрит в сторону, от греха подальше. Единственный представитель Тавеллы, с которым Грогу довелось столкнуться за свою жизнь, являлся членом команды Кассида Кассионийца, и путанные, разношерстные сведения, вернее сказать, – обрывки сведений, которые у него бродили в голове после полученной в инфосети консультации о тавеллианцах, рождали смутные опасения.

В общем, команда «Забулдыги», на взгляд Нэшена, вполне соответствовала своему капитану. Нэшен совершенно точно знал, что оба – и Зайда, и Лайнус, присутствуют на переговорах в качестве полноправных торговых компаньонов Кассида, но если Зайда позволяла себе время от времени вставлять реплики, то пилот молчал всегда, как бы ни развивались события. Это казалось странным. Впрочем, внутренние порядки команды «Забулдыги» полковника не касались, а значит, и голову забивать ими не стоило. Но поворчать он имел полное право, чем и занимался уже двадцать минут подряд, с того самого момента, как челнок торговца доставил его на корабль-внешник и интендант-полковник увидел, как именно выполнил Кассид его заказ. Только торговца, казалось, ничем невозможно было смутить.

– Давай-ка оставим беспочвенные обвинения, Нэшен, – неторопливо рычал Кассид, продолжая упрямо тянуть нить забуксовавшего разговора. – Ты просил роботов, так? Просил. И нечего тут кривиться и проявлять неуместную иронию, я твою коричневую рожу знаю как облупленную. Я привез роботов? Привёз. И я ещё и виноват! Да ты хоть знаешь, во сколько мне обошлась их покупка?